Печать

Глава 4. Мировоззренческие и социальные аспекты религиозной основы движения Гюлена

Автор: Энес Эргене вкл. . Опубликовано в Книга Энеса Эргене «Движение Гюлена: зов к благоразумию»

Фетхуллах Гюлен

Несомненно, M.Ф. Гюлен обладает отличительными религиозными и суфийскими основами. Эти духовные основы повлияли на все сферы (личную, социальную, образовательную) его деятельности. Тот факт, что религия сегодня остается жизненно важной частью существования человека, общества и образования, является демонстрацией того, что вопреки всему она имеет прекрасную организационную, мотивирующую и ободряющую силу, которая выводит на свет скрытые потенциалы человека. В течение нескольких столетий человечество пренебрегало этим сильным мотивационным аспектом религии. В то же самое время это было сознательным выбором чрезмерно светского и материалистического понимания того времени. Начиная с 1700-х годов, многие мыслители, от Т. Вулстона до Фридриха II (король Пруссии), от Вольтера до Огюста Конта и Фрид-риха Энгельса, от М. Мюллера до Фрейда, Маркса и А. Э. Кроули, и затем в течение 1960-х и 1970-х годов, Питер Бергер и Брайан Уилсон, были настолько убеждены в скорейшей кончине религии, что они чуть было не потерялись в иллюзиях собственных интеллектуальных, философских и научных предположений.

«Навязчивая идея» светской идеологии, что религия исчезнет, была основана на развитии индустриализации, урбанизации и рационализации, которые являются основными компонентами процесса модернизации. Это отражает сущность теории модернизации. Основообразующим принципом модернизации является идеология секуляризма. Вкратце, идеологией, предполагающей, что религию полностью исключат из всех социальных процессов, и материальный и мирской образ жизни будет управлять судьбой обществ.

Задолго до того, как мы достигли 2000-х годов, идеология секуляризма начала подавать сигналы бедствия. Динамика социального преобразования и мобильности сбилась с прямого пути, заданного позитивистскими ожиданиями и предсказаниями просвещения. Религиозность, реализованная через модернизацию и секуляризм, стала приобретать более определенные и живые формы, которые начали давать знать о себе. Это было истолковано многими учеными в социальных науках как «возвращение божественного». Но другие ученые по-иному оценили эту ситуацию, говоря, что «но божественное никогда и не оставляло нас!» Тот факт, что религиозность приняла новые и свежие формы свидетельствует о том, что теория о несовместимости религиозности и современности не подтвердилась. Модернизация даже породила множество антисекуляристских течений, которые не были ограничены только религиозной ареной. Наиболее очевидными доказательствами и примерами для этого были религиозные движения и идентификации вместе с новыми социальными движениями на Западе. Сегодня во всем мире религия не является чем-то обусловленным заурядной потребностью сельского населения и необразованных деревенских жителей, а наоборот, она показывает картину молодежи, образованных и успешных горожан, и слоев общества, которые были воспитаны на рациональности. Сегодня новые автомобили в Японии благословляются в величественных синтоистских храмах. в России, где идеи Карла Маркса внедрялись в практику, после смягчения жесткого режима люди устремились в церкви. И несмотря на весь этот секуляризм и модернизацию, рост атеизма в мире не наблюдается.

Когда мы посмотрим на теории, развитые Вебером о положительной мотивации, которую протестантская этика развила для современного капитализма, коммерческих и финансовых рабочих инстинктов человека, мы увидим рациональную почву для недавнего роста религии в современных обществах. Но в системе Вебера религия, поощряя финансовые отношения, как это ни парадоксально, одновременно сама подвергается рационализации ценностями современного общества. Я полагаю, что тенденция религии стать растущей ценностью в последнее время становится все более всеобъемлющей, последовательной, уравновешенной и положительной, чем во времена Вебера. Особенно в таких движениях, как движение Гюлена, баланс между религией и наукой, образованием и социальными отношениями является явным доказательством этого факта.

В этом длинном и утомительном разъяснении я попытался сделать набросок панорамы борьбы современности с религией. Открывающаяся панорама, естественно, не охватывает все социальные и культурные преобразования времени. Однако мне хотелось показать, как через сам процесс модернизации и его элементы она может привести к тенденции, посредством чего культурные и этнические различия способны будут перерасти в столкновение культур и цивилизаций, могущее поставить под угрозу будущее человечества. Я также хотел бы указать на исторические и социальные основы инициативы диалога и терпимости движения Гюлена, которое воспринимает религиозные, этнические и культурные различия как ценное богатство. Теперь давайте бросим взгляд на историю жизни человека, давшего движению его глобальную идентичность.