От Красоты К Божественной Любви

От Красоты К Божественной Любви

Наша вселенная – воистину великолепная Книга бытия, каждая страница и строка которой украшены искусно вышитыми на них Божественными смыслами. Она – выставочный зал Божественных шедевров. Она – дворец Его искусства. Все бытие с каждой своей частью, совокупностью всех возможных явлений в нем, головокружительной гармонией, очаровывающим порядком, ослепительной красотой, восхищающими своей стройностью рядами, которых нет даже в самых ухоженных садах, богатством и красотой, заставляющими восклицать «красивее не бывает ничего!», есть необъятный и многоцветный источник для всех сотворенных. И чувствительные души, обратившиеся к нему и по праву оценившие его, с самыми глубокими чувствами выражают его в своих стихах. Источник этот настолько необъятен, что ни одна обратившаяся к нему душа не утомится и не разочаруется в нем. Он настолько глубок, что никогда не иссякнет и не высохнет. И никогда не будет конца рассказам и преданиям о нем. И вправду:

Скажи: «Если бы море стало чернилами для слов моего Господа, то оно иссякло бы до того, как иссякли слова моего Господа, если бы даже к нему добавили еще одно море» (Св. Коран, 18:109).

И всякий раз, когда мы переводим наши взоры от далей внешних миров во внутренние глубины своих миров, и от своего атласа человеческих ценностей на далекие созвездия, тогда и начинают стекаться в наши души посредством разных милостей Божественные смыслы, которые, подобно плектру, нежно трогают тонкие струны наших сердец. Каждое их касание доносит до наших душ прекрасные мелодии любви к Истине, направляет наши истосковавшиеся по знаниям чувства на путь поиска и познания, и окрыляют наши внутренние миры жаждой знаний. И по нескольку раз в день мы в совести своей чувствуем, как вера превращается в познание Бога. Далее познание Бога возвышается к горизонтам любви и усердия, и физические аспекты бытия начинают полностью зависеть от метафизики. И тогда человек начинает глубже воспринимать, как он, перейдя границы этого мира, достиг глубин своего потенциала, и многие тайны раскрылись перед ним и стали яснее самых ясных истин. Затем они отмечают свое место и положение в бытие, что может быть выражено словами Ниязи Мисри: «Нет ничего яснее Абсолютной Истины - Всевышнего Творца. Не ясен Он и скрыт лишь от тех, кто незряч и без глаз». И продолжают они громко заявлять о милостях, которыми одарил их Всевышний Творец.

Каждая душа, вдохновленная поиском правды и окрыленная страстным желанием истины, пробуждает все человеческие чувства в себе и начинает воспринимать шире и чувствовать яснее то безбрежное море из бесконечных милостей Милостивого Творца, в котором она плавает всегда. И душа начинает воспринимать и познавать Его Самость через открывшееся ей окно из сияющих лучей Его прекрасных имен. В своих внутренних глубинах она начинает четче и ярче видеть красивейшие кружева из Его канвы. Все Божественные милости, и скрытые и явные, которых душа удостаивается беспрерывно, наводят ее на то, чтобы она всегда помнила Всевышнего Творца в рамках отношений «раб Божий и его Господь». Душа не только всегда упоминает своего Творца, но и выражает себя с осознанием того, что вопреки своей ничтожности, она обрела высочайшую ценность благодаря щедрейшим милостям Всевышнего Творца.

Иными словами, душа, пребывая в рамках осознания своего бессилия и ничтожности, громко заявляет о своем почетном статусе и относительном величии, исходящем от ее привязанности к своему Творцу. Она озвучивает свое ничтожество и нужду как ключ и инструмент к недосягаемой силе и неисчерпаемому богатству. И затем, подумав, что есть и другие души, которые осознают этот потенциал, усердно старается понять их и тем самым превращается в опытного водолаза своих внутренних глубин. И по мере своего духовного роста и созревания она стремится донести и до других каждый смысл, который она почувствовала и осознала, и каждую истину, которую она поняла и оценила. Она заявляет о своей вере своим поклонением Всевышнему Творцу. Она питает свое познание Всевышнего глубокими размышлениями и наблюдениями. Она все больше и больше усиливает интерес и влечение в своем внутреннем мире, превращая их в неутихающее страстное желание. Ее соображения и наблюдения всегда сопровождаются изумлениями и благодарениями. И беспрестанно обрабатывая свои изумления и признательность в знающем цену благодарности сердце, она превращает свои чувства и размышления в кипящие водопады любви. Ее мысли всегда устремлены только к Нему, и ходит она и грезит только воссоединением с Ним. Она ищет Его с неувядающей надеждой найти и устремиться к Нему. Она воспринимает каждый знак как пригласительное письмо от Него и начинает снова и снова взывать к Нему. Она строит всю свою жизнь с осознанием того, что каждое мгновение ее жизни ведомо Его всевидящему оку. И каждый раз, когда она открывает свой рот, из уст ее слетают слова только о Нем. Она не только говорит лишь о Нем, а прямо-таки приступает к беседе с Ним. Иногда она даже превращается в само чувство, сознание, понимание и на лучезарном облике каждой вещи находит для своих чувств такие яркие праздники, каких не видывал ни один глаз, не слышало ни одно ухо и не представлялось ни одной душе!

В действительности, только таким поведением человек, сотворенный как проявление любви Всевышнего Творца к Своей Самости, может достичь цели своего сотворения. Иными словами, человек достигает цели своего сотворения только тогда, когда любовь Всевышнего к Своей Самости и Своим атрибутам проявляется в нем как его любовь к своему Творцу. Именно тогда все становится на свои места.

Любовь – внутренняя отличительная черта и, образно говоря, паспорт, присущий только человеку из всех сотворенных существ. И обладатель этого паспорта уверенно шагает к своему родному источнику и месту назначения, не спотыкаясь и не отвлекаясь на многообразие вокруг него. Благодаря неизменно ярко горящему свету любви в глубинах своей души, он всегда сосредоточен на своей цели и следит за ней, не смыкая глаз и не отвлекаясь на другие мысли. И даже можно сказать, что он «замкнулся» на своей цели. Ни непроницаемость смыслов, ни дальность расстояния никак не могут заставить его начать колебаться или свернуть с прямого пути. Дорога любви трудна и полна лишений, но для человека, ступившего на этот путь, все лишения превращаются в удовольствие одно за другим, милости возобладают над лишениями, и яд превращается в сладкий мед. И когда глаза его души открываются полностью и в каждой замеченной, наблюдаемой и вышитой на канве своей души вещи человек начинает видеть Его следы, знаки, послания и лучи, имеющие в плане манифестации разную "длину волны", тогда гаснут в его глазах все относительные источники света. Исчезает Солнце и тускнеет Луна. А звезды, словно соскочившие бусинки с порванной нити красивых бус, разбегаются по разным темным уголкам на небесах. И как твердит аят, «Всякий живущий на земле – смертен. Вечна лишь Самость Господа твоего, Преславного и Достохвального» (Св. Коран, 55:26-27), за физическими измерениями только Он наполняет горизонты его сердца. И сердце, достигшее такого уровня. будучи маленьким органом в огромном теле, расширяется и покрывает все тело с ног до головы. И такое сердце становится настолько широким, что может вместить в себя все вселенные вместе взятые. Поэтому человек с таким сердцем постоянно чувствует своего Творца везде и во всем. Он с ужасом воспринимает вмешательства телесности и материальности, которые иногда случаются и уподобляет их солнечным затмениям. И для продолжения своих наблюдений он постоянно ищет разные пути.

Влюбленный в своем внутреннем мире иногда так глубоко чувствует точку пересечения любви и воссоединения, что все в физическом мире исчезает из его поля зрения. Он чувствует всё бытие, от одного края до другого, подобно горящим факелам на дорогах, ведущих к Нему, и указывающим за горизонты, подмигивая ему. Иногда, перед лицом превосходства своего страстного желания над своей надеждой на воссоединение, он горит подобно печи, словно внутрь него попали горящие угли, но при этом говорит: «Пусть горю я, словно печь, но я не выкажу печаль / Только б недругов огонь в грудь мне не попал!» (М. Лютфи Алварлы [1]), и продолжает свой поиск со смесью надежды и страстного желания.

Действительно, любовь – это ни полностью свет, ни полностью огонь; она то, что она есть. Ибо огонь и свет являются мелодией, спетой струнами в сердцах, которых тронул чуткий плектр любви. От каждого его прикосновения струны сердца плачут, вскрикивают, радостно кивают и бредят в упоении. Любовь – это такой бесценный жемчуг, цену которому знают только бывалые ювелиры-старожилы рынка драгоценностей: «Истинную цену драгоценного камня по достоинству может определить лишь умудренный опытом эксперт по ювелирным изделиям» (М. Лютфи Алварлы).

Тот, кто не влюблялся, не поймет, что такое любовь. А тот, кто влюблялся, не может объяснить ее. Но даже если влюбленный и объяснит любовь, тот, кто не влюблялся, не поймет, о чем он говорит.

В предопределенных Всевышним Творцом рамках для влюбленного, все, что он может чувствовать – это учащенная пульсация любви и страстное желание Возлюбленного. Для него каждый оттенок на этом атласе является знаком благосклонности Возлюбленного. И каждая линия, и каждая точка означает для него бесконечность, и каждый мотив зовет его к воссоединению с Творцом. Каждый раз, когда влюбленный устремляет взор на свою судьбу, он восклицает: «О Творец, не знаю я, как мне отблагодарить Тебя за то, что Ты сотворил мою душу и создал любовь. И даже если я продолжу неотрывно следовать по этому пути долгие годы, подобно Маджнуну [2], и буду ждать от Тебя откровений, то такое мое положение и удаленность от Тебя – лишь мой недостаток. Ах, если бы я мог чувствовать эту удаленность от Тебя в глубине своей души и бежать без устали по горам и по взгорьям, бредя лишь воссоединением с Тобой». И знакомясь с красотами, рассыпанными Всевышним по всему бытию, и завидев любую вещь, одушевленную или неодушевленную, он говорит: «Это тоже отблеск Твоего сияния». Он старается вдыхать благоухание красот в бытии и стремится воспринять Его с каждым своим чувством и мыслью, устремленным к одному горизонту – Источнику всего сотворенного. Он стремится почувствовать Его в каждой сфере своего бытия, и только такое поведение есть единственный путь в этой чистой любви.

«Влюбленная душа, желающая увидеть красоту Возлюбленного в разных ликах,
Должна расколоться на мелкие осколки, подобно разбившемуся вдребезги зеркалу»
.
(Автор неизвестен)

Чтобы быть достойной этой сжигающей в пепел любви, влюбленный следует беспрестанно за Возлюбленным по склонам своей души. Он спешит за каждым звуком, возгласом и проявлением Возлюбленного. Идя к Нему иногда вприпрыжку, иногда ползая по-пластунски или витая в воздухе, на каждой остановке его душа будто слышит «Добро пожаловать!» от своего Возлюбленного. И подобно Маджнуну, он не отходит никогда от этого пути и подчиняет свои глаза лишь душе своей. Несмотря на безжалостность расстояний, своими мыслями он направляет все свои чувства, как внутренние, так и внешние, на следование по этому пути и спешит к воссоединению в своем духовном атласе. Поскольку он переживает и любовь, и воссоединение одновременно, он воображает каждую остановку как мыс воссоединения и дрожит как осенний лист, боясь, что это праведное странствие может однажды закончиться, и молвит: «Я не хочу, чтобы кончалась эта любовь, эта надежда и желание воссоединения. Не хочу, чтобы в один день обещанное воссоединение унесло с собой их всех».

Все, что хочет влюбленный – это быть влюбленным, следовать по пути любви, жить со знаками и зовами к воссоединению, и бесконечно поддерживать наплыв таких чувств. Да, гореть яркой любовью, громко потрескивая; воспламеняться и загораться любовью заново с каждым напоминанием о воссоединении; сгорая и превращаясь в пепел от этого огня, быть довольным ею и заявлять; «Награда за все это – сама любовь». Вот это и есть настоящая любовь!

«Гляньте-ка на этого пылкого влюбленного!
Он стал слугой пряди волос своей возлюбленной.
Я макаю палец в сладкий мед любви снова и снова,
Спешите на помощь, дайте мне воды, я сгораю от любви»
.
(Гедаи)

Да и как назвать любовь любовью, если она вне этих рамок! Ибо любовь вне этих рамок – всего-навсего празднословие о любви. Любви не ищут там, где говорят о ней. Ее ищут там, где пламя и горящие угли меняются местами. Ибо любовь – это либо горящие угли, незаметно сжигающие влюбленного изнутри, либо бушующий пожар в сердце, пламень которого чувствуется везде, когда он обуревает сердце целиком. Это такое пламя, что и его фитиль остается сокрытым за завесой его тайны. Любовь, с которой стянули робу благоразумия, лишили свободы действия и превратили в жвачку на устах или материал для философских размышлений, превращается в безжизненную репродукцию любви. Бормотания о любви, угодившие на газетные полосы, подчинившиеся мелодиям и превратившиеся в их слуг и рабов, являются лишь эхом и отражением любви. А рассказы в книгах о любви являются лишь ее грубыми пересказами. Те, кто умудряется держать ее втайне ото всех в скромных уголках своих сердец, говорят словами неизвестного мудреца;

«Раз сказал, что влюблен, молчи о лишениях на этом пути,
Не смей стенать и не выказывай свои страдания другим»
.

Они норовят утаить этот бушующий пожар в своих сердцах даже от самих себя. Да, любовь – это такой безудержный огонь, сжигающий и испепеляющий в сердце человека все, что свойственно ему. И потому мы не можем назвать ее ни небесной, ни земной. Если небесная любовь – это желание попасть в Рай, то влюбленный посчитает это за неверность Возлюбленному, ну а к земной он не имеет никакого касательства. Метафорическая любовь, основанная на телесности и всеми своими играми взывающая лишь к глазам, с точки зрения заслуженности и желания в пути любви считалась обманом в торговле.

Подлинная любовь – это божественный свет или горящие угли, чей фитиль был зажжен от факела вечности. Она распространяется за пределы земли и небес, востока и запада, и не подчиняется понятиям пространства и времени. Она проявляет себя в виде света, дарит мир и покой, и доводит благоухание Возлюбленного до всех в своем окружении. Да, сердце, охваченное огнем любви, горит и дымит словно кадило, распространяющее аромат Возлюбленного до всех уголков внутреннего мира влюбленного. И конечно, доводит этот чудесный аромат и до своих наперсников вокруг себя, кто понимает эти тайны. Такие люди иногда говорят устами мудреца Сузи: «О дружище, ты нагрузил мой кораблик сердца горящими углями, / И затем удивленно восклицаешь, что на море случился пожар!», и с таким криком души они пытаются вдохнуть в себя глоток свежего воздуха. Иногда они озвучивают свои муки и страдания на струнах своих сердец: «О хозяин постоялого двора, я горю огнем любви, дай мне воды / Я макаю палец в сладкий мед любви снова и снова, дай мне воды!» (Гадай), и стонут они с зовами к воссоединению, но не перестают никак отдавать свои жизни этой любви. Ибо в глазах пылкого влюбленного все пусто, кроме любви, и все звуки и голоса, кроме мольбы любви, – лишь бесполезный шум и гам.

Любовь – это самый верный свидетель бытия вне пространства внутри самого пространства и бытия вне времени в самом времени. Любовь – это огненная цепь, брошенная с небес в сердца людей. И эти сердца, закованные в эти огненные цепи, превратились в добровольных рабов этой любви. И если они даже горят, они горят закованными в эти цепи, и когда наступает время умирать, они мечтают умереть в цепях этой любви. Для них жизнь без любви – это не жизнь, а дни без любви – это осенние листья, подгоняемые ветром иллюзий. И однажды влюбленный так сливается с душой, что весна уступает осени, яркие цвета тускнеют и чернеют, и элегии посвящаются усопшим. Молодость сгибается пополам и занимает свое место на скамейке старости. Все красоты вянут, подобно тонам старых настенных картин, превращаясь в воспоминания былых славных дней. Но тут влюбленная душа вдыхает свежесть в души других и красит осень в яркие цвета своего огня. Она становится эликсиром молодости против старости и свежим дыханием в меркнущей жизни.

Истинная любовь – это любовь, которая постигает свою глубину с безграничностью верности. Любовь, которая еще не достигла горизонтов верности, подобна яркой витрине магазина с богатым ассортиментом. А любовь, которая буквально срослась с безграничной верностью, подобна несметным сокровищам с закрытыми витринами. Да, любовь, не погруженная в свои глубины верностью, подобна разбушевавшемуся и вспенившемуся морю. А любовь, которая достигла своей истинной глубины верностью, подобна океану, в котором тают и смешиваются разные звуки и цвета. И в глубинах такого океана не встретить ни цвета, ни волн, и не услышать ни шума вспенивания. Ибо эти океаны – влюбленные души – бесшумны соразмерно своей глубине, бесцветны пропорционально своему богатству. Они бесцветны одновременным наличием в себе всех цветов. Они далеки от нескромности и выставления напоказ соразмерно своему великолепию.

И здесь, в этой точке, красота обращается в безупречную любовь, и любовь превращается в характер, природу и чувство ответственности. И здесь, с одной стороны, безупречная гармония, цельность смысла и ослепительные красоты в бытие постоянно проходят через чувствительные фильтры чувств, сознания и разума. И затем, опираясь на экспертную оценку мудрого сердца, они превращаются в фундамент любви, страстного желания, упоения любовью, влечения и устремления. А с другой стороны, с такими крепкими привязанностями влюбленный всем своим бытием устремляется к Возлюбленному и повинуется Его повелениям. Наставник Джалаледдин Руми выражает такое состояние души следующими словами:

«Я стал рабом, Твоим рабом, рабом Всевышнего!
Пред Тобой я преклонился, хочу я стать рабом Тебе.
Рабы ликуют, кандалы отбросив рабства своего;
А я ж безумно рад, что стал рабом Тебе!
»

Люди, которые не украсили свою веру познанием Всевышнего Творца, не смогут избежать духовной усталости. Люди, которые не смогли углубить свое познание Всевышнего любовью и влечением к Нему, запутываются в сети формальностей. А те, которые не смогли совместить любовь к Нему со служением на пути к Возлюбленному, не считаются доказавшими Ему свою верность. Закончим свои слова мудрыми строками от почтенной Рабии аль-Адавии – великой суфийской наставницы и ученой, которая достигла вершин любви и служения Ему:

«Говоришь, что любишь, но затем восстаешь против Него.
Клянусь своей жизнью, мне непонятна такая странность.
Если б ты был честен в любви, ты бы повиновался Ему.
Ибо влюбленный покоряется Тому, в Кого он влюблен!
».

Источник: Новые грани. 2013. №37. С.4-8. Текст приводится с небольшими исправлениями

СНОСКИ

[1] Известный суфийский ученый и поэт, живший в ХХ в. на востоке Турции.

[2] В суфийской литературе персонаж пылкого влюбленного Маджнуна символизирует послушника-новичка, который отчаянно влюбляется в прекрасную Лейлу. В конечном счете, его преходящая любовь перерастает в любовь к Богу.

Pin It
  • Создано .
© 2021 официальный веб-сайт Фетхуллаха Гюлена. Все права защищены.
fgulen.com - официальный источник информации о Фетхуллахе Гюлене, известном турецком ученом и мыслителе.